Александр Козлов в интервью ТАСС — о ситуации с лицензиями на россыпное золото, планах по добыче марганца и лития и интересе российских туристов к поездкам КНДР.
— На фоне роста мировых цен на драгметаллы не видит ли министерство ажиотажного спроса на выдачу лицензий на них? Растет ли в стране добыча золота, серебра, платиноидов в последние годы?
— Ажиотажного спроса на выдачу лицензий нет, потому что объем выдачи был и так высоким в последние годы. На золото, как основной вид сырья среди драгоценных металлов, приходится порядка 75% действующих лицензий на твердые полезные ископаемые.
Мы ежегодно полностью обеспечиваем воспроизводство запасов золота и серебра, в том числе на уровне, опережающем ежегодную добычу. Точные данные за 2025 год еще подсчитываются, но, согласно экспертной оценке, добыча золота будет на уровне 480–485 т, серебра — 2,6–2,8 тыс. т, платиноидов — 134–136 т. Прогноз на этот год по добыче золота — 480–500 т, серебра — 2,8–3 тыс. т, платиноидов — 134–137 т.
Есть один важный момент по золоту — компании проявляют высокий интерес к торгам, и 120 аукционными шагами на перспективные участки россыпного золота уже никого не удивить. То есть инвесторы еще на этапе получения лицензии готовы вкладываться, итоговый платеж может превышать стартовый в 30 раз. Это значит, что такие участки недооценены, и поэтому мы решили внести изменения в методику расчета стартового платежа за пользования недрами: для участков, содержащих россыпное золото, такой платёж увеличится на 20%. Приказ находится на регистрации в Минюсте. Это позволит соблюсти баланс интересов государства и бизнеса с точки зрения их экономической ценности.
— В 2025 году, по данным Роснедр, прошло всего 183 аукциона на пользование недрами против 304 годом ранее. С чем связано такое снижение динамики? Нам нечего выставлять на аукционы или они не пользуются спросом?
— Количество объявляемых аукционов зависит от разных причин: конъюнктуры рынка, госпрограмм стратегического планирования, потребностей недропользователей и количества заявок компаний для дальнейшего получения участков недр по результатам аукционов.
План по пополнению бюджета в 2025 году по аукционам выполнен — почти 24 млрд рублей. Еще один важный показатель результативности: если в 2024 году из 304 объявленных аукционов право пользования предоставлено по 153 участкам недр, то есть половина, то в прошлом году из 183 объявленных аукционов право пользования предоставлено по 110 участкам недр, что составляет 60,1%. То есть по факту процент выданных лицензий выше.
— В России большие запасы марганца, но промышленная добыча идет только на одном месторождении. Готовятся ли сейчас к разработке еще месторождения марганца?
— Запасов марганца достаточно — порядка 2 млрд т. Для их освоения необходимы эффективные промышленные технологии обогащения и переработки. Сейчас промышленная добыча идет на месторождении Ниязгуловское-1 в Республике Башкортостан.
На разных стадиях подготовки к промышленной эксплуатации находится еще несколько объектов. В Республике Коми работы ведутся на Парнокском месторождении, начало разработки намечено на 2030 год. В Кемеровской области на Усинском месторождении в рамках проведения геологоразведочных работ осуществляется опытно-промышленная добыча. Сроки и параметры промышленной добычи на нем будут определены по результатам геологоразведки. Оба горно-обогатительных комбината — Усинский и Парнокский — будут производить концентрат, который будет отправляться на металлургический передел для производства ферромарганца и ферросиликомарганца — сплавов, которые используются для производства стали.
— Правда ли, что у Больше-Токмакского месторождения в Запорожье появился новый инвестор, готовый развивать его?
— У него действительно появился новый инвестор. В ближайшие несколько лет на месторождении будут проводиться геологоразведочные работы, которые и определят стратегию освоения.
— У России большие запасы лития, но до недавнего времени сам металл не добывали. Стартовала ли сейчас уже в РФ промышленная добыча лития? Какой прогноз по добыче на этот год?
— Промышленная добыча лития пока не стартовала, пока идет работа по ее подготовке. По нашим ожиданиям, первым объектом станет Колмозерское месторождение на Кольском полуострове. Компания-недропользователь планирует ввод в эксплуатацию первой очереди добычного и технологического комплекса в 2028 году.
Что касается прогнозов на 2026 год, то планируется опытно-промышленная добыча на Полмостундровском месторождении, также расположенном на Кольском полуострове. Она будет идти в рамках проводимых недропользователем геологоразведочных работ.
— РФ начала разведку на металлы на морском дне, в каких районах она идет? Это арктический шельф? Какие виды сырья там можно посмотреть?
— Ресурсный потенциал Мирового океана огромен. Полезные ископаемые, содержащиеся в его недрах, а именно железомарганцевые конкреции и кобальтоносные железомарганцевые корки в Тихом и Индийском океанах, полиметаллические сульфиды в Атлантическом и Индийском океанах, — комплексные источники стратегических видов минерального сырья. Это никель, кобальт, медь, марганец, серебро, золото, цинк, редкие и редкоземельные элементы.
Россия больше 30 лет, с 1994 года, является членом межправительственной организации, которая отвечает за разведку и разработку ресурсов международного района морского дна, — Международного органа по морскому дну. Согласно Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, недропользованием за пределами национальной юрисдикции можно заниматься только на основе контрактов, заключенных с этим международным органом. У нашей страны есть ряд собственных контрактов на разведку на каждый вид полезного ископаемого. Поисковые работы полностью проведены по всем контрактам, оценочные работы практически завершены, начата разведка.
После завершения детальной разведки приступим к опытной добыче. Для этого необходимы прототипы агрегатов глубоководной добычи по каждому виду полезных ископаемых дна Мирового океана. Эту задачу решаем совместно с Минпромторгом и другими ведомствами. Успешное завершение наших разведочных контрактов даст России приоритетное право на промышленную глубоководную добычу.
— В 2026 году финансирование геологоразведки углеводородов компаниями снизилось на 10%, видите ли вы снижение активности недропользователей? Почему они стали меньше вкладывать в геологоразведку углеводородов и больше пошли в твердые полезные ископаемые (ТПИ)?
— В 2025 году частное финансирование геологоразведки углеводородов составило 317 млрд рублей, это всего на 8% меньше затрат 2024 года. Объемы вложений компаний зависят от инвестиционного цикла производства: например, годом ранее компания уже вложила серьезные средства в определенный этап работ, а следующий этап может быть менее затратным.
Сокращение инвестиций в 2025 году главным образом произошло за счет снижения объемов поисково-разведочного бурения — основной статьи расходов недропользователей. Это зафиксировано в Уральском, Сибирском и Приволжском федеральных округах. Одновременно эти округа продолжают сохранять лидерство в объемах проходки буровых работ в сравнении с остальными регионами.
В последние пять лет сохраняется положительная тенденция превышения объемов поискового бурения над разведочным. Средний коэффициент успешности поисково-разведочного бурения составил 0,8. При этом выросли сейсморазведочные работы (МОГТ 2D) — до 8 тыс. погонных километров.
— Какой у вас прогноз по вложениям бизнеса в геологоразведку в 2026 году по углеводородам и по ТПИ?
— В разведку углеводородов компании рассчитывают вложить такую же сумму, как и в 2025 году, — 317 млрд рублей, твердых полезных ископаемых — 136,5 млрд рублей.
— Минприроды прорабатывает лицензирование трех крупных участков углеводородов в ЯНАО. Речь идет о Нурминской группе? Когда эти месторождения могут быть переданы для лицензирования?
— Решение о лицензировании будет принимать правительство с учетом оценки текущего состояния потребности страны в новых объемах вовлечения в освоение углеводородных ресурсов, в том числе с учетом экспортной составляющей.
— Когда стоит ждать полноценного открытия автомоста через реку Туманная в КНДР? Поможет ли это наращиванию турпотока и товарооборота между странами?
— Пока еще полным ходом идет строительство мостового перехода.
